Диагноз установили в 2020 году на 26 неделе беременности. Лимфома коварно маскировалась под симптомы беременности (одышка = растущий живот, слабость = вероятное снижение гемоглобина, кашель, вызванный беременностью ГЭРБ). КТ не делали по причине противопоказаний для беременных. В крайне тяжелом состоянии прямо на приеме у кардиолога с признаками перикардита госпитализировали.
Все происходило так быстро, а я была так слаба, что понимания диагноза не произошло. Было только полное доверие врачам и уверенность в том, что все будет хорошо. Даже предупреждения о возможном экстренном родоразрешении меня не испугали. Как человек, работающий в сфере комплексного оснащения медицинских учреждений, постоянно общающийся с врачами, я была уверена, что младенца спасут, выходят и т.д.
Очнувшись в реанимации я не понимала, что у меня онкология, думала, мне удалили опухоль, нужно восстановиться после операции и домой. Все слова вроде "химиотерапия", "онкология" и прочее мой мозг просто не фиксировал, я искренне не понимала, какое это все имеет ко мне отношение.
Я проходила лечение в Санкт-Петербурге, в МНИЦ им. Алмазова, отделение гематологии 1, заведующий Осипов Ю.С. Учитывая мой беременный статус, поступила первоначально в Перинатальный центр, гинекологи весь период лечения меня наблюдали, скрининги, УЗИ, заведующая приходила ко мне каждый день слушать сердцебиение плода и в целом наблюдать.
На роды я поступила туда же. И после 2 недель продолжила лечение в гематологии. Мне сделали ПЭТ-КТ, который был недоступен раньше по причине беременности, из-за нарушения тайминга лечения было принято решение перейти ко второй линии лечения, собрали клетки для проведения ТКМ. Химиотерапия дала хороший ответ, но учитывая все факторы риска, было принято решение о проведении аутоткм. Врачи, весь медперсонал Алмазова стали для меня близкими людьми. Ценю их труд и человечность, безмерно благодарна за спасение ДВУХ жизней - меня и дочери!
Весь процесс лечения я не осознавала свой диагноз, я вообще не очень понимала происходящее, приходила на очередную госпитализацию как на работу, потому что «надо». Не читала про свой диагноз, не понимала тяжести и прочего. И конечно не знала про группы поддержки, равных консультантов.
В отделении одновременно со мной лечились еще молодые женщины, мы постоянно пересекались во время лечения, сдружились и дружим, встречаемся по сей день.
Осознание диагноза пришло ко мне через два года, когда позвонила моя гинеколог и спросила, не хочу ли я поделиться своим опытом и примером с женщиной, у которой также обнаружена лимфома на фоне беременности. Я была рада поделиться своим опытом и постараться уберечь от некоторых ошибок, про которые я уже знала. Вот именно тогда я нашла и прочла огромное количество информации про онкологию вообще и свой диагноз в частности. Нашла чат Лимфомы.нет, Онкологика и многие другие. Рассказывая о своем опыте, я словно теперь уже осознанно еще раз прошла весь свой путь лечения. И только тогда пришло принятие себя в совокупности с диагнозом, не пытаясь жить «прежней жизнью», а жить свою новую жизнь. Принимать себя в статусе онкопациента без страха, стыда и стеснения. Бережнее относиться к себе, чутче к другим. Наслаждаться всем, что имею, с благодарностью принимать все, что дает жизнь.
Проходить все испытания мне безусловно помогала моя семья или стая, как говорит мой муж: сын 5 лет (на тот момент), муж, моя мама и конечно маленькая жизнь внутри меня!
Муж с первых дней оказывал мне профессиональную психологическую помощь: визуализации, работа с подсознанием, телесные практики. Мы использовали все, что приходило на ум и о чем он знал из практики. И конечно любовь - огромная, безусловная.
Моя мама приняла на себя всю заботу о новорожденной дочери, заменила меня на время лечения.
Сын записывал для меня трогательные видео с пожеланиями и словами любви; у меня в файле с полисом ОМС лежали его рисунки, как оберег.
Как-то муж мне сказал: я иногда боюсь, что ты сдашься… я почти не раздумывая ответила, что они все столько ради моего выздоровления вынесли, что я не могу сдаться!!!
В ходе лечения очень многим приходится сталкиваться с ощущением отсроченности жизни: все дела, решения - все отложено на время лечения. Это очень неприятно и тягостно.
Благодаря психологической помощи мужа, я выполняла упражнения, помогающие включать мечты, думать о будущем: писала список "какой я хочу себя видеть через 3 месяца, через 6, через 9, год, три года...".
В своих мечтах я могла быть смелой и через год играть в любимый пляжный теннис, ездить в отпуск всей семьей и заниматься любимым творчеством, быть успешной в профессии.
Сейчас я в ремиссии уже 4,5 года. И пускай интенсивность сегодняшней жизни не такая высокая, как до болезни, но мои смелые планы уже практически воплотились.